Войны, которые несут смуту

Сирия долгое время считалась одним из лучших мест, куда молодые мусульмане из России и других стран могли поехать для изучения Ислама. Сейчас картина изменилась, многие студенты, имевшие возможность, давно покинули Сирию, новые не едут: каждый день в сирийских городах стреляют, гибнет много мирных жителей. Свое видение причин происходящего в Сирии недавно описал в своей статье Шамиль Султанов – специалист по Ближнему Востоку и исламскому миру. Предлагаем познакомиться с его статьей.

В марте 2011 года в Сирии начались спонтанные волнения, причем, как и в остальных странах «арабской весны», эти демонстрации и выступления носили главным образом характер социального протеста. Однако уже тогда возникло смутное представление, что если режим Башара Асада не окажется предельно умным и гибким, эти социальные манифестации перерастут в нечто совершенно иное – гражданскую войну. Может быть, издалека видится иначе, но тогда, весной прошлого года, граждане Сирии, с которыми я разговаривал, в один голос утверждали, что никакой гражданской войны никогда не будет, поскольку все сирийцы – патриоты своей Родины и разрушения не допустят.

Однако и режим оказался недостаточно умным, и все мои собеседники почему-то ошиблись. Сегодня гражданская война – это уже трагическая реальность Сирии, и остановить ее изнутри будет уже долго невозможно.

Есть четыре арабские страны, которые отличаются от всех остальных стран этого региона особым накалом, особой остротой своих внутренних социальных, политических, этно-национальных, конфессиональных, межплеменных и межклановых противоречий. Это Ирак, Ливан, Йемен и Сирия.

Эти противоречия можно подавлять, не замечать, но потом… Йемен пережил за последние пятьдесят лет, как минимум, две гражданские войны. Хотя в Ливане такая война формально закончилась, но она продолжает тлеть и в любой момент может вспыхнуть вновь. Американское вторжение в Ирак стало фактически началом гражданской войны в этой стране, которая, то ослабевая, то усиливаясь, идет уже почти десять лет. Теперь, судя по всему, наступила очередь и Сирии. И даже шестнадцать спецслужб дамасского режима не смогли предотвратить начало этой войны.

 

Логика гражданской войны —  тотальная жестокость

Для простого человека гражданская война – это, прежде всего, беспредельная жестокость, причем жестокость даже не звериная, а скотская, которую нельзя оправдать никакими человеческими доводами.

Таджикистан в 1992-95  пережил гражданскую войну. Тогда население этой постсоветской республики насчитывало около 5,5 миллионов человек. В этой войне погибло не менее 250 тысяч человек, в основном женщины, дети, старики.  А сколько потом умерли от голода, болезней никто не знает и никто уже не узнает.

Логика гражданской войны в Таджикистане – это логика безжалостного силового взаимодействия полевых командиров, на которые и распалась бывшая советская власть.  Каждый такой командир опирался и защищал прежде всего свой район дислокации. Ключевое правило – сдерживание страхом: потенциальный противник должен осознавать, что в любом случае его потери будут гораздо больше, чем ущерб, который он нанесет.

Например, полевой командир А. совершил налет на территорию полевого командира Б. и убил, например, двадцать человек (неважно, гражданские это или бойцы). Командир Б. обязательно должен отомстить и убить уже 30-40 человек (опять таки неважно, дети это, женщины, старики) противника. Иначе он проиграл. Такая вот спираль, где жестокость усиливалась на каждом уровне. В качестве обычного устрашения убивали женщин и детей, распарывали им животы и выбрасывали в ближайшую реку. Это был конец ХХ века.

Поэтому в любой гражданской войне обязательное и безусловное правило – тотальная месть. Аналогичная картина происходит постепенно и в нынешней Сирии.

 

Сирийская оппозиция настолько разная, что ее вряд ли объединишь

Почему, несмотря на все усилия, не удается объединить сирийскую оппозицию? Да потому что политическая, религиозная, региональная,  внешнеполитическая дифференциация оппозиции достигла такой стадии, что реальное объединение в принципе уже невозможно.

Вооруженная сирийская оппозиция – это несколько десятков тысяч человек.  Независимые эксперты считают, что оппозицию поддерживают в той или иной степени от 30 до 40 процентов населения Сирии (общая численность страны около 23 миллионов человек).

Эта оппозиция, как минимум, состоит из четырех-пяти частей.

1.  Солдаты и офицеры, бежавшие из сирийской армии (они представляют самую многочисленную силу – Свободную армию Сирии, светскую организацию).

2.  Боевые отряды внутрисирийских партий и движений.

3.  Местные отряды, обычно небольшой численности, объединившиеся вокруг т.н. локального харизматического лидера (пригороды Дамаска, Алеппо и т.д.). Обычно это бывшие участники массовых демонстраций начального периода.

4.  Полевые командиры в различных провинциях, прежде всего, на севере и северо-востоке страны. Численность подконтрольных им отрядов – от нескольких сотен до нескольких тысяч человек.

5. Джихадисты из Ирака, Ливии, Ливана, Саудовской Аравии, Туниса, Египта, Палестины, Афганистана, Европы.  Они имеют реальный опыт военных действий, используют тактику террора и устрашения.

В свою очередь, со стороны режима выступает не только официальная армия и другие силовые структуры, но и вооруженные ополченцы (шаббиха), защищающие алавитские, друзские, курдские, христианские районы.

 

Кому выгодны гражданские войны в исламском мире?

Гражданская война приобретает, возможно, необратимый характер, когда противники сознательно идут на тотальное запугивание, целенаправленно и публично уничтожая детей, женщин и пленных. Это уже началось в Сирии -  и с той, и с другой стороны. Соответствующих примеров в Интернете предостаточно.

В России реальная революция произошла не в октябре 1917 года, а внутри гражданской войны – в 1918-1920 гг. В октябре сменился режим, а в результате революции и гражданской войны сменилась модель государства. А это принципиально разные вещи.

Сейчас сирийская оппозиция выступает против режима Башара Асада.  Настоящая проблема как раз в выборе будущей сирийской государственности. Какова должна быть модель новой государственности, которая, по мысли оппозиции, должна будет заменить тот проект сирийского государства, который был создан по инициативе Хафеза Асада в 60-е годы, на основе негласного альянса алавитов и суннитов Дамаска и Алеппо.

Вряд ли кто-то даже из лидеров сирийской оппозиции сможет ответить на этот вопрос. А это означает, что даже в случае гипотетического падения нынешнего режима в Дамаске гражданская война выйдет на новый уровень: начнется ожесточенная война различных представлений о модели будущей Сирии и о путях ее реализации.

А если задаться вопросом: кто больше всего заинтересован в гражданских войнах в исламском мире – в Алжире, Таджикистане, Судане, Йемене, Ливане, Ираке, Афганистане и т.д.? Это именно те войны, которые на десятилетия, а может и больше, вносят фитну в умму.

Ответ, я думаю, вполне ясен.

Шамиль Султанов, президент Центра стратегических исследований «Россия – Исламский мир».

 

На ту же тему
Ислам в Удмуртии © 2017   · Ссылка обязательна!   ·

Наверх